Все, что может двигаться имеет свой Путь, свою Дорогу. Мой Путь - это рельсы, ведь я локомотив. Не старый, не новый, не конкретной модели или вида. Мой год изготовления совпадает со многими другими, ну а качество изготовления... Создатель ко всем добавляет что то особенное или не похожее на остальных. Но все же я локомотив. У меня есть свой путь.
   Куда лежит моя Дорога и где я буду завтра? Я не знаю. Это решилось еще до моего создания. Конечно, расписание порой меняется. Оно не лучше и не хуже - оно меняется. Я не могу знать когда меня снимут с обихода и не случится ли это раньше времени из-за фатальной поломки. Но я просто локомотив, я еду по Рельсам.
   Одна остановка меняет следующую. Я повидал много, вижу достаточно и не могу решать сколько еще увижу. У меня всего один большой ярко светящий глаз. Его свет бежит перед о мной и передразнивая делит Путь на прошлое и будущее, то что я уже проехал и то куда я направляюсь. Я не могу оставить движение, задержавшись на какой то из станций, я не могу возвращаться на предыдущую по своей прихоти. Но я знаю, что я вернусь. Я же локомотив, я всегда еду домой.
   На моем пути вокзал идет за вокзалом. А порой случается прибыть именно на тот, нужный Вокзал, от которого не хочется ехать прочь. С ним связано нечто хорошее, радость того ,что тебя ждут и всегда встретят. Только иногда этот Вокзал перестраивают, рельсы меняют на более новые и широкие, по которым будут ездить уже другие поезда. А я локомотив, мчусь дальше и надеюсь ,что последняя остановка, та на которой придет мой покой, будет на правильном, на родном Вокзале.

Нет, я не о фастфуде. Его я люблю, но в Родном городе Мака нет. Может оно и к лучшему, ведь я любуюсь своими пальцами ног даже в стоячем состоянии. Неа, я книги люблю. И вот, поскольку от своей электронной книги я отдыхаю, я пошел в библиотеку.
Краткая пред история происшествий. 
Вчера я испытал книжную "ломку". У меня были и есть конечно дни, когда я не читаю книг, но все это время они у меня хоть есть по близости. Я тут паника, читать то нечего. Вот и я начал шастать в поисках чтива. 

В итоге мне помог папа. "Читай ,сынок, Мопассана". Чем я ,впрочем, и занят.

Что у меня в голове? А что там? Ветер в потоках которого бабочки бомбардируют здравый смысл в моем животе. 

Оригинал взят у i_am_in_rainbow в ...

Умение грустить , увы, дано далеко не всем. Им тоже нужно овладеть, это своеобразный навык. Он разрабатывается методом проб и ошибок, становится крепче с накопленным опытом.
Я не говорю о привычном представлении грусти. О мучениях, самоугрызениях, обвинениях и прочих признаках уныния. Это темные и злые чувства приносящие суету. От них нет толку и нет облегчения. Человек совершает своеобразный "акт садизма" над самим собой. Именно садизма, а мазохизма. Здоровый человек не причинит себе боль сознательно. Нет, он атакует ту сущность, что принесла столько боли. Режет, бьет и топчет в землю. А потом видит ,что изувеченная сущность, что валяется в пыли - он сам. Спустив курок, пулю не вернешь.
Грусть, есть противоположность радости. Справедливый инь своего янь. Но это не кромешная тьма, это серый туман с лучиками белого света. Вот идешь ты по дороге, а вокруг тебя именно такой туман. Ты ступаешь босиком по земле, которую знаешь в совершенстве. Сквозь туман видны силуэты, очертания прошлого. Шагай, шагай. Каждый белый лучик приносит за собой ,что то хорошее. Это приятные воспоминания. Улыбайся, это последняя возможность. Если хочет плакать, то плачь, но не реви, не кричи. Слезы вовсе не слабость. Просто некоторые мысли не удержали своей абстрактной формы и стали реальной водой. Плачь и не бойся. В свою очередь слезы испарятся и станут туманом. Улыбнись каждому лучику и отпусти его. И шагай дальше. Туман не вечный, грусть не вечна. Пойдем дальше. Там уже не пасмурно.

Опять крысы. Сколько ж я их убил за последний год. Год? Да, по моему наступил новый год. Вы зажранные ублюдки,сволочи. Люди голодают а вы все празднуете? Суки! Как дать монетку так у вас нет, а как кормить своих толстых отпрысков так есть? Я вас всех ненавижу. "Иди на работу!" , "Уйди нищий!". А вы чем лучше? В своих мягких креслах, теплых домах, уютных ресторанах все вы умные. Вот переночуйте в подвале, переночуйте на вокзале. Празнуете? Да празнуйте! Я не хуже вас, я тоже напьюсь. Не нужны мне ваши коньяки, мне водка дороже. Думаете я не могу себе позволить??? Сопляки, да я в 80х вас всех строил! Вы ни черта о жизни не знаете! Тогда пил и сейчас пью. Ничего не изменилось. Не указ вы мне. Ходите тут с женами и детьми. Зачем? Идиоты! У меня были женщины, лучшие женщины!!! Три 50 и я их не помню! Они не нужны мне. Я мужик, я не вожусь с тряпками. Покупаете им все побрекушки, копите свои гроши. Я все это могу украсть. Я могу забрать и ты меня не накажешь! Мне все ровно, мне не страшно. Дай мне бутылку водки и я мать убью. Ценно? Нихрена не ценно! Береги свою шкуру. Глаз за глаз, зуб за зуб. Брось их в грязь, все ровно они ничто. Все вы ничто! Ваша жизнь мелочь. Я убил двоих. Они просто размазались. Я даже смеялся. Ну и что? 6 миллиардов уродов еще осталось. А меня из за двух червей в тюрьму. Но я ж вышел, я вышел!! Не жалею, ни грамма не жалею.

* * *

Здраствуй мамочка, я принес цветов. Надеюсь вам с папой тепло, потому что на улице жуткий холод. Не бойся, на мне есть свитер. Мне тетя во дворе подарила на Новый Год. Она была так мила со мной, дала покушать салата чуть-чуть. Предлагала шампанское, но я отказался. Оно пахнет дядей который поломал нам машину. Очень не приятно. Я вам его принес. Там еще есть пузырьки,пейте скорей. Мамочка, посмотри, все небо горит! Посмотри как красиво! Мы с папой тоже пускали салюты в новогоднюю ночь. Помнишь, папочка? Я вас очень люблю. Прости меня что я опять плачу. Просто бабушка ушла. Дядя который за нее молился сказал ,что она ушла к вам и ей очень хорошо. Говорил, что она была хорошей женщиной. Да, бабушка была очень хорошая. Наверное теперь она спокойно может слушать песню соловья и петь с ним. Она всегда так делала. Не сердись мамочка, но я ушел со школы. Я убежал сквозь решетку. Худенький я. Тетя учитель сказала что рисовать это глупо и ударила меня линейкой. Мамочка, она поломала мне пальчик. Я хотел рисовать небо. Скоро опять смогу. Дядя доктор снимет гипс через два дня. Папунь, у меня есть две крысы. Им тоже сломали лапку, а я их лечил. Представляешь, они совсем лысые!!! Люди кидают монеты чтоб нас сфотографировать. За эти деньги мы кушаем. Мальчишки звали красть еду, но я помнил как ты сказал ,что жить нужно хоть и скромно ,но честно. Гордись мной папа, хоть чуточек. Вы наверное смотрите на огни вмести с ангелами. Я знаю. Вот, я цветочек принес. У меня больше не было денег на что то красивей. Обещаю в следующем году принесу что нибудь милое.

* * *

Сколько ж всего может человек! Все на свете. Даже собственные звезды сумели зажечь. Как чудесно. Почему же я не смог, то что должен был и смог то чего не стоило делать? Почему этот мальчик так горько плакал? Я ужасный человек. Как я мог взять в руки скальпель? Как посмел назваться доктором если спас это горящее в пьяном угаре животное ада, а тех двух спасти не сумел? Год за годом мне снятся глаза мальчугана. Он должен был меня ненавидеть, он должен был меня проклинать. А он же обнял и говорил, что будет хорошо. Он верил ,что его ангелы попали к остальным. Я же больше не смог смотреть в глаза жене, больше не смог видеть ясно. Теперь нас вовеки только двое. Я и мой мир. Ни входа ни выхода. Коллеги сказали шизофрения. Нет, я не болен, я просто опустел. Моя вакуумная вселенная меня засосала. Это все не то, это все не то.

* * *

Я шел домой через кладбище. Это пожалуй одна из самых высоких точек города. Салюты города освещали мне путь. Я не люблю праздники. Слишком много мыслей. Мыслей о разных судьбах, мыслей о смысле всего этого театра. То ли он кукольный и Бог вправду дергает за нитки, то ли он драматический и все действительно черно-белые полосы. Только мне милей полутона. Моя цветная серость вполне устраивает меня. По дороге меня пытается ударить крайне пьяный и плохо пахнущий мужчина. На таких принято говорить алкоголик, клоун выступающий за свои же деньги. Едва я успел поднять кулак как он уже упал в своем пьяном сне. Что ж это за жизнь? Что ж за унижение? Немного далее на лавочке сидел мужчина и что то говорил. Только позже я понял что он в собственной личной Аляске. Раскачивался и бормотал. Бедняга. Хотя как знать, как знать. Возможно его мир чище нашего. Идеальную тишину моего первого в этом году путешествия нарушил странный звук. Плач? Кто же плакал здесь в такую пору? У скромной мраморной могилки плакал паренек. Не в том дело что он громко плакал, не в том дело что он обнимал маленькую незабудку при свете свечи. Он просто был здесь, он просто был чист как первый снег этого года.
У каждого из нас есть выбор. Есть один и миллион выборов. Сотни дорог, тысячи тропинок. Сколько судеб пересекаются даже того не зная? А может кого мы назвали бомжом завтра подаст нам руку при падении? Может ребенок который одет в рванную одежку вернет вам кошелек, выпавший из сумки, не тронув ни гроша? Ну а может тот мужчина которому вы дали денег на еду, что показать друзьям вое милосердие, попросту их пропьет? Мы не знаем что сотворили сегодня и что это сделает с нашим завтра. Не просто смотрите, не просто видьте - почувствуйте. Мы не одни в этом мире. Мы нужны друг другу.

За окном сырость и остатки снега, а меня зовут Александра. Дома меня звали Сашей, здесь людям понятней имя Алекс и только папа называл меня именами птиц в зависимости от моего настроения.
2039 год и это мое 23 окончание зимы. Я не знаю чего я добилась. Люди считают, что выкупить цело купе для поездки это признак богатства. Для меня это признак того, что я путешествую одна. Путь мой достаточно долгий,впереди у меня еще несколько пересадок, поэтому я не успею уловить всю красоту которая просится мимо меня. Это совсем не может огорчить меня, ведь я еду домой. Я еду туда, откуда так отчаянно вырывалась, я еду по доброй воле. Меня не ждут, я просто еду. Никому ничего не сообщаю. Не привыкла.
Меня совсем не волнует, что там за окном по одной простой причине - я все это видела уже не раз. Ландшафты смотрят на меня дома и смотрят на людей в галереях. Я художница, и рисую я города, явления природы и саму природу, но только не людей. Но мое это. О людях и так слишком много известно, их и так постоянно анализируют. Я изображаю то, что мы не можем объяснить, что мы, порой, даже не замечаем. Раскат молнии быстрее пули, а дождь чище крови стрелявшего, но мы этого не видим. От этой слепоты я и спасалась покидаю свой дом. Обещала вернуться когда моя вера окрепнет ,а глаза откроются и будут по настоящему видеть и замечать. Мама махая мне на прощание плакала, а папу я не увидела. Он оставил коробочку с подарком на столе. "Будь хорошей, а я буду ждать". Спасибо, папа. Садясь в поезд я думала о том плакал ли он. Никогда не видела его слез, поэтому и сама их всегда сдерживала. Прощаться он точно не любил. А отпускать попросту не умел.

Александра всегда умнее всех. Упрямая как осел и категоричная как корейский коммунист. Вот почему сразу после приезда я попала под ливень. Сообщи я, что приеду меня бы обязательно встретили, но нет Мисс Конхаотичность считает по другому. Я могла бы словить такси, но обменник в этой стране ,что то вроде ее же демократии: где то есть, но очень незаметно. Валюту обменять на местную мне не удалось. Дорогая, ты же дома, подсказало мне подсознание. В путь я отправилась на общественном транспорте... "Зайцем"... С пачкой валюты в кармане.
Двухэтажный дом с темной крышей которую украшали нестандартно большие мансардные окна. Много кованых элементом. Не самое творческое оформление, я бы сделала по другому. Незаметно для себя я начала улыбаться своим ходу своих и так запутанных мыслей. Не тех ,что касались оформления дома, а тех ,что следовали за ними, об истории его постройки. Мама, как большинство жителей квартир, мечтала о доме, а папа, для меня вечный монумент спокойствия и уравновешенности, мечтал о спокойной жизни с мамой. Все ее прихоти как до, так и после свадьбы воспринимались крайне лаконично: голова нагибалась в право, плече поднималось к уху и звучало тихое окей. Мама радуется, а от этого вплотную зависело душевное спокойствие моего "вечного монумента спокойствия".
Дверь открыла вечно что то жующая, но всегда стройная женщина, которая обнимала невероятно крепко и всегда долго. От ее глаз не могло ускользнуть ничего. Прошло всего минуты две, а я уже видела, что в ее голове сложная система сортирует мою одежду по коллекциям их брендов. Закончив "анализ" она ограничилась, фразой о моем отменном внешнем виде. Как ни в чем не бывало, как будто и дня не прошло... Мысли нахлынули одна за другой. Работу моих извилин прервало то самое, странное чувство, когда ты точно знаешь, что на тебя кто то смотрит. Это не всегда так, но я оказалась права. Пара внимательных темных глаз меня изучала. Папа стоял упершись плечом о дверной косяк. Двери в нашем доме были чуть выше и шире обычных. По его словам, это берегло от соблазна грубо выражаться, ибо шанс удариться головой или ногами сводился к минимуму. Чисто по женски, во мне заиграла зависть - он ни чуть не постарел. И это тот, кто не признает кремы от морщин и прочую мужскую косметику?? Как? Одно что он разрешал, так это маме ухаживать за его ногтями. Она страсть, как любила его руки. Может виски и тронула седина, но это выглядело вполне естественно.
- Пойдем прогуляемся?, - задал он вопрос той своей интонацией, когда не можешь понять в каком человек расположении духа. Я знала, что вопрос риторический и застегнула те пуговицы пальто, которые заходя успела расстегнуть. Прогуляться... Я не слышала этого предложения много лет. Унаследовав жгучую смесь своевольности родителей, я крайне сложно ладила с людьми. Художником тоже стала потому, что я игрок соло. Пойдем прогуляемся... Большинство моих детских и подростковых проблем решались именно после этой фразы. За все годы в мою сторону не прозвучало ни одного упрека или громкого слова. Я четко знала когда виновата. Эти прогулки были моей тихой гаванью. Если бы любовь могли измерять в конкретных единицах, то я могла бы сказать как меня любили с точностью до сотых - очень. Поэтому старалась всячески ее возвращать своим близким. Но последние годы дома я не была счастлива, я не знала чего хочу. Все закончилось моим отъездом: в моем представлении вечном. Для всех моих знакомых вечном. Только не для родителей, а особенно не для папы.
Когда я пришла в себя, мы уже шагали по улицам и паркам которые стали опять знакомыми. Этот город не меняется. Под ногами лежал туман и складывалось впечатление, что мы шли по тучам.
- Ласточка возвращается. Удерживай ты ее в руках и не дай раскрыть крыльев, сделаешь ее несчастной. Но разреши ей улететь и увидеть теплые края - она вернется. Я верю в это.
Всего миг передо мной стоял парень с мечтательным взглядом. Я протерла глаза и он постарел на три десятка лет.
- Однажды я попробовал поймать птицу. Красивейшую из всех. Мои руки держали ее нежно и согревали в зимние холода. Я желал только добра и знал, что она это чувствует. Потому и не улетала. Но каждая птица должна хоть раз увидеть теплые края, чтоб вернувшись смогла понять, что даже разрушенное гнездо можно построить заново, что она больше не хочет улетать. И я вынужден был ее отпустить. Каждую весну я выходил на крыльцо, посмотреть не начали ли птичка вить гнездо. Я молился о том, чтоб ее путь был гладок, чтоб ничего не нарушало ее полет, чтоб она вернулась. Верил в то, что если ей дороги родные края, она вернется. И однажды я услышал песню ,которая была до боли знакома. Песню своей ласточки. Она вернулась и была готова остаться в своем гнезде. Вернулась свободная.
Я сняла шапку и на плечи упали мои длинные вьющиеся волосы.
- Пусть я и неуклюжий большой кондор, - говоря это ,папа расплылся в улыбке, - но две мои ласточки самые прекрасные в этом мире. Я знал ,что ты вернешься,доченька. Твоя мама тоже не верила, что вернется, но в итоге поняла, кто она для меня значит. Любовь это большой труд. Лучше даже не взлетать, если ты не готов падать и попробовать снова. Лучше не строить гнездо, если ты не готов его восстанавливать после каждой бури. Мудрость дана терпеливым.
Я большая неуклюжая, томная птица. Я не всегда успеваю за быстрым ласточкиным ритмом. Но за моим крылом всегда можно укрыться. Даже кондор и ласточка могут существовать вместе.
На короткое время мне опять было десять лет и я лежала под надежным крылом своего хранителя. Я думала о том, что он научил меня строить из разрушенного, он верил в то ,во что многие не умели. Я гордилась мамой, которая сумела вернуться. Если любовь есть сосуд, то я видела как его заполняют. Капля за каплей, каждый день.

Еще два десятка дней я наблюдала за высоким полетом двух совсем разных птиц, но с одним сердцем на двоих. А потом часы показали, что до рейса в теплые края осталось всего шесть часов. На обратной стороне красовалась гравюра силуэта с крыльями и в ней надпись "Будь хорошей, а я буду ждать". Меня зовут Александра. Дома меня зовут Сашей, в дальних краях людям понятней имя Алекс и только два человека называли меня именами птиц.

Я не умею смотреть на красивое кладбище с отвращение или страхом. Я четко знаю ,что под моими ногами живет история. Не та которая в учебниках и не та о которой говорят, которую обсуждают. Подо мной настоящая, никем не тронутая и не переиначенная история. Эти люди жили и ходили как и я, но теперь отправились туда, где дни не считают. А их останки гранят то, что так заботит меня - рассказы. Рассказы которые пишу я и которые писали они. Я пишу пером и клавиатурой, они писали поступками.
Я умею видеть в книгах кладбище. Кладбище в котором доминирует КЛАД. Вообразив себе новые ноги и новую жизнь я иду. Не знаю ,что найду, но ищу. Читать между строк мало, нужно лечь между ними. Тогда ты и понимаешь вещь которая ,что то меняет. Я просто человек, писал книгу просто человек и герой тоже просто человек. Господь создал нас просто людьми и в этом вся прелесть. Просто люди, которые любят все усложнить. Уравновесить черное с белым.
Еще я умею писать о людях. Я люблю писать о людях. Они умирают ,все умирает, а рассказ жив. На то он и рассказ.

Часто говорят, мол хорошо там, где нас нет. Пожалуй так оно и есть. Мы стремимся к лучшей (по крайней мере в нашем воображении) жизни, изменениям или просто бежим. Это вполне соответствует человеческой природе - мы блуждаем. И порой не ясно кто счастлив: тот кто достиг цели или тот кто к ней настойчиво идет. Ведь достигнув пункта назначения можно разрушить всю дорогу, которую с таким трудом построил всего одной мыслью. "Хорошо там, где меня нет. Куда же я тогда пришел?". Но заняла меня совсем другая мысль происходящая от этой. Хорошо там, где нас нет. А хорошо ли ТЕМ с кем нас нет?

Люди в нашей жизни приходят и уходят. Это очень печальная истина, которую я не люблю осознавать. Но порой это случается. И бывает когда у случившегося нет виновника. Когда стечение обстоятельств приносит разрушение. Ты не знаешь где прогремел взрыв, кто погиб и что стало причиной. Вроде ничего не изменилось. Но приходя вечером в квартиру и ложась в постель во рту чувствуется кисло-горелый привкус. Все в руинах, а ты не можешь этого заметить.
Лучше ли теперь там где тебя нету,лучше ли тем с кем тебя нет? Знать бы,знать бы...